slider_image7

ФилософствуЯ

slider_image8

БеседуЯ

slider_image9

ПутешествуЯ

из

Тьмы Неведения

slider_image3

ОбнимаЯ Мир

image-homeludens-2

Просто я
ваш пастырь

slider_image5

ВдыхаЯ

трансперсональный
сквозняк

slider_image6

Здесь Я где?

slider_image0
1524798652-sOFcRrUG_mini-2_1920x1181

ВыходЯ за границы

ОТКРОВЕНИЕ

 ОТКРОВЕНИЕ

 (Расшифровка послания Гайи)

Часть 1  ЗАВЯЗКА:

В декабре 2011 года,
я отправилась из холодной Москвы в теплую Калифорнию, чтобы принять участие в праздновании 25-летия MAPS (Мультидисциплинарной Ассоциации Психоделических Исследований). Будучи российским представителем MAPS с июня 2010 года, я предвкушала это празднование, надеясь вживую познакомиться с  людьми, о которых до того знала только по  текстам из бюллетеня MAPS, переводы которого я организовывала (http://prosvetlenie.daism.ru/zhurnal/maps)

MAPS (www.maps.org) – организация, которая занимается координацией научных исследований  психоделических веществ и их воздействия на человека, таких как ЛСД, МДМА, мескалин, псилоцибин и тому подобных, по всему миру, в том числе, она взяла на себя тяжелейший труд по легализации этих веществ и преодолению препятствий, связанных с запретом ЛСД и других психоделиков в США и других странах.
Празднование 25-летия MAPS, которое имело официальное название – Cartographie Psychedelica, проходило в отеле Марриотт, в Оакленде, в Калифорнии. В нем участвовало более 700 человек, из более чем 30 стран мира. Все было очень солидно – роскошный отель, грандиозные актовые залы, графины воды для аудитории, кофе брейки, отчетные доклады об успехах  и так далее…

На празднование приехало множество ученых, некоторые из них аж c 60ых годов XX века,  занимаются исследованиями в разных областях психоделической культуры (психология ИСС, физиология действия психоделиков, влияние на культуру, науку..). Причем, часть из выступающих проводит исследования официально, при поддержке MAPS, или других организаций, а другие ученые, будучи зараженными духом пси-культуры, держатся в этом пространстве, в первую очередь, из-за своего личного интереса.

Во время празднования я побывала на множестве событий, включенных в официальную программу, например, на:
— интереснейшем обзоре того, как психоделики повлияли на разные отрасли науки и культуры, который был сделан Томасом Робертсом, одним из пионеров пси-движения;
— лекции об исцелении пост-травматического синдрома и многих других заболеваний (наркомании, алкоголизма, психических расстройств) с помощью экстази (МДМА) (Майкл и Энн Митофер);
— круглом столе по лечебному применению марихуаны, с участием более десятка современных исследователей;
— подробной лекции по биохимическим процессам возникающих в мозге человека   вследствие приема психоделических средств;
— докладе о закономерностях изменения отношения средств массовой информации к психоделикам;
и многом, многом другом в том же духе…

Рассматривая аудиторию участников события, я различила в ней четыре основные части:

1. шестидесятники — исследователи — умняшки – интеллектуалы, их немного, но они есть — простые, свободные;

2. торчки — их много – молодежь, в-основном,  без ума совсем — кислотные – ньюэйдж в шапочках или иных грибных одеждах, со стойким запахом марихуаны от всего;

3. яппи от трансперсональной психологии – члены и работники MAPS — их немного — строители будущего, в основном, молодежь с патриотическими улыбками;

4. невротики стандартные — основная масса людей среднего возраста, добившихся успехов в социуме, но несчастных в глубине души, что видно снаружи даже невооруженным взглядом.
Все эти группы перемешивались, образуя единое пространство, утопающее в роскоши и гламуре Марриот-отеля.

Несмотря на формальнDSC01057ый стиль организации, живой дух психоделической культуры иногда выглядывал из помпезности разнообразных событий и играл свободно. Я встретила его
в лифте с человеком-грибом, который узнав, что я из России первым делом  сказал – «мухоморс», приятно меня удивив;
в сладком запахе запрещенки, сквозившем из самых неожиданных мест отеля;
в рассказе Рика Доблина, на утренней лекции, о том, что любовь к контркультуре, у него из Советского Союза, в который он приехал юношей, учить русский язык, и по просьбе родитеrickлей тайно провез святых книг для евреев из синагоги, но передать их оказалось не так просто и  для этого он секретно встречался с кем-то из раввинов в метро.
Еще Рик рассказывал, что умудрился продать в России кучу пластинок с Битлз на черном рынке, и заработал на этом много рублей  (о чем фото), и эти приключения  создали у него удивительный привкус жизни в контркультуре, которого до того не было в его обыкновенной жизни в Америке…. Что может быть и определило его дальнейшую тягу к контркультурным мероприятиям, приведшую его к созданию MAPS.

Живой дух пси. культуры выскакивал ко мне из вдохновленного рассказа Джеймса Фейдимена, одного из DSC01009основателей Института Трансперсональной Психологии (Пало Альто, Калифорния), автора книги “The psychedelic explorers guide”, которая совсем недавно вышла в Соединенных Штатах. Джеймс рассказывал о том, как он с группой коллег в 60-е ставил эксперименты с употреблением ЛСД. Для экспериментов он приглашал ученых, которые работали над какой-то проблемой в классической науке на протяжении не менее 3х месяцев в своей области знания, но не могли решить ее, и тогда для них устраивалась сессия с ЛСД.
И, конечно же, у большинства были успешные результаты, то есть ученые очень быстро находили решение проблемы. Джеймс приводил пример с архитектором, который проектировал здание, и у него были большие трудности с проектом, но на ЛСД сессии — он вошел в здание целиком, походил по нему и увидел все в деталях! «Я там был, теперь я могу описать любую деталь» – сказал архитектор после сессии.
Еще Джеймс рассказывал, что действие ЛСД было столь эффективно, что после нескольких сессий, экспериментаторы стали говорить испытуемым — готовьте две проблемы, поскольку одна решалась так быстро, что становилось не ясно, что же делать в оставшееся от сессии время.
Эти рассказы завораживали и вдохновляли. Их было много, причем не только у докладчиков, но и у слушателей, с которыми я пила кофе в перерывах или ходила в соседние забегаловки на ланч. Большинство людей на этой конференции были как будто околдованы психоделиками.
……………

Но периодически меня охватывало разочарование:

Даже Джеймс Фейдимен, человек с удивительным чувством юмора, очень живой в свои немалые уже годы, тем не менее, в своем выступлении изложил свою идеологию так:
all beliefs are false, so pick any which is useful

«все верования – лживы. Поэтому используйте те, что приносят пользу».

Я решилась спросить — is that true, that all beliefs are false???
Истинно ли то, что все верования лживы?

Аудитория рассмеялась, Джеймс представил меня аудитории, но, увы, сам вопрос поставил его в тупик. Видимо, так он никогда не рассуждал.

Уважаемый Читатель, может быть ты сможешь дать мне идеальный ответ на этот вопрос?
Который бы полностью и позитивно удовлетворил бы там и тогда мое любопытство?

Разбираясь дальше, я поняла, что под пользой он имеет в виду –  пользу прежде всего для физического тела, то есть для здоровья. Это напомнило мне идеологию постмодерна, при глубоком взгляде на которую, тоже, как правило оказывается, что для настоящих проповедников постмодерна реальной ценностью является то, что полезно для тела, а все остальное – лишь точки зрения, тексты, которые по сути ничего не значат, то есть не являются опорой для действий.

Мне показалось странным, что после стольких лет пси. экспириенса человек приходит к тому, что физическое здоровье – наибольшая ценность, а все остальное – лишь относительные верования. Да, это, возможно, совпадает с идеологией постмодерна, но здесь, в этом сообществе, мне бы хотелось встретить передовые идеи, выходящие за пределы уже доминирующей в западном обществе идеологии.

Таких диалогов, как с Джеймсом, у меня было много. Я продолжала искать и надеясь развеять свои сомнения, я затевала беседы  с  пионерами психоделического движения — Ральфом Метцнером, Ричардом Йенсеном, Томасом Робертсом, Кайлией Тейлор,  Риком Доблиным, Девидом Лукоффым, и многими другими…

Все они – утверждали пользу психоделиков, и когда-то, да – психоделики сыграли огромную, сокрушительную роль в их жизни – их жизнь целиком изменилась. Но, теперь, каждый из них, медленно, но верно – вписывался «как бы обратно» в социальную жизнь.
И если в 60-х годах концентрация внимания этих людей была на внутреннем мире, на том перевороте, который дали им психоделики, то сейчас она отчетливо выплеснулась на внешний мир. И основным вопросом конференции является – как нам изменить внешний мир, социум, чтобы он был более лоялен к психоделикам?, а не вопрос – а как нам изменить (усовершенствовать) себя с помощью этого инструмента….

Все эти встречи, беседы, официальные мероприятия активировали мои размышления о роли психоделиков в западной культуре,  и о странных превратностях психоделического движения. Я думала:

С одной стороны, психоделики возникли на Западе «как бы» ниоткуда, и, практически, сразу же вызвали к себе огромное внимание культурной элиты, которая буквально кинулась использовать их для открытия новых областей человеческой психики.
С другой стороны, практически сразу после бурного всплеска, они также внезапно были запрещены практически по всему миру.

Теперь, культурная элита съезжается со всего мира, чтобы обсуждать в официальной обстановке Марриотт отеля в Калифорнии целительный эффект психоделиков, которые стали так известны именно потому, что освобождали человека от официоза, помогали ему стать свободным, в том числе от социальных игр, от наукообразности (то из-за чего Тимоти Лири покинул Гарвард), от формализма.  Странно это как-то! Еще где-то в неформальной обстановке, среди кактусов или джунглей из аявуаски в наркотическом, простите, в психоделическом угаре, это было бы как-то уместно, но здесь???

Парадоксальность происходящего на праздновании MAPS, возникающая из-за сильного контраста не-формальности обсуждаемых тем и формального стиля ведения этих бесед,
из-за активного обсуждения деталей использования разнообразных субстанций, (например доз),
и практически полного оставления без внимания целей использования психоделиков вызывала во мне сильное удивление.

ДА, психоделики принесли нечто очень значимое, очень важное и это подтверждается тем фактом, что не смотря на официальный запрет ЛСД во всех странах, и в том числе в Америке, на протяжении уже пятидесяти лет здесь, в Калифорнии, собирается цвет культурной элиты и разбирается с их эффектами.
НО – ПОЧЕМУ ЖЕ ТОГДА  внимание  этих людей уделяется мелочным вопросам – типа какой процент bad trips в ситуациях использования определенных дозировок и определенных веществ,
а идеологическим вопросам – зачем, кому и как правильно использовать психоделики, внимания не уделяется?
ПОЧЕМУ же психоделики из все сокрушающего и дающего полный жизненный переворот, инструмента, превращаются в инструмент исцеления пост-травматичеких синдромов для ветеранов войны и лечения алкоголизма? – продолжала  переживать я, на конференции, после нее, в гостях у Девида Лукоффа, на обратном перелете в Россию.
Как же так?  Неужели все эти люди не понимают, что делают что-то не то? Почему же им не приходят в голову такие сомнения?

И чтобы лучше разобраться в этих вопросах я решила переосмыслить историю возникновения психоделиков, и понять, что же они принесли миру:

часть 2 ОСМЫСЛЕНИЕ

об Истории:

Итак,  Альберт Хофман впервые синтезировал ЛСД-25 в 1938 году в Европе, в Швейцарии. Но только через пять лет, он по-настоящему осознал, что же он открыл. Повторяя синтез почти забытого вещества, Альберт Хофманн осознал странный психологический эффект, который случился с ним после случайной абсорбции вещества через кончик пальца. Это произошло — 16 апреля 1943 года. Три дня спустя, 19 апреля (день известный как День Велосипеда), Альберт сознательно принял 250 микрограмм (0.00025 грамма) и испытал гораздо более интенсивный эффект, который позволил ему обнаружить великую психическую силу этого вещества.
Вот так Альберт подводит итоги своего эксперимента:
«Этот эксперимент показал, что ЛСД-25 ведет себя как психоактивное вещество с необычайными свойствами и силой. В моей памяти не существовало другого известного вещества, которое вызывало бы столь глубокие психические эффекты в таких сверхмалых дозах, которое порождало бы столь драматические изменения в сознании человека, в нашем восприятии внутреннего и внешнего мира».

Так, в чем же состоит основной смысл открытия Альберта Хофманна?
Я думаю, что для того, чтобы понять это, стоит принять во внимание, что 1943 год – это середина Второй Мировой войны, а Швейцария – практически центр Европы.
Вряд ли то, что ЛСД было открыто в середине Второй Мировой Войны в центре Европы — случайность. Считать это случайностью, пожалуй, может человек далекий от психоделического опыта, тот, кто склонен базироваться на материалистических основах мира. Для него, сознание — есть всего лишь случайное порождение материи, и открытие вещества, стимулирующего огромный скачок сознания, лишь случайный факт, который мог произойти в любом времени и пространстве.
Но, для меня,  человека, много раз убеждавшегося в том, что случайности не случайны, предыдущее рассуждение – лишь попытка уйти от истины.

ВСЕ – есть часть ПРОЦЕССА, и тогда год рождения ЛСД – 1943, и место – центр ЕВРОПЫ – имеют кардинальное значение.
Так же как, возможно, время и место рождения каждого из нас имеют ключевое значение для раскрытия миссии.
Тем более, что и Альберт писал об этом так:
«Я думаю, что в эволюции человека, никогда прежде не было настолько необходимо иметь это вещество – LSD…..».
а также:
он верил, что это не он создал ЛСД, это «ЛСД выбрало меня».
На мой взгляд, Альберт чувствовал, что это вещество – есть послание человечеству. Послание чего-то большего, чего-то высшего.
ЭТО – можно назвать Гайя  (Единый организм Земли), Бог, Абсолют или как-то еще. Это ОНА прислала нам ответ на вторую мировую войну.
ЛСД, на мой взгляд,  это ответ Гайи на жестокость войны, на бессмысленность и безобразность творимых людьми ужасов,  ведь то, чем ЛСД явилось для многих – это способ пробуждения сознания человека, благодаря которому человек может пережить целостность себя с миром и другими людьми, и тогда война становится бессмысленной, зачем же убивать самого себя?
И это объясняет, тот факт, что ЛСД появилось в центре Европы, в середине Мировой войны (в 1943 году была создана атомная бомба), и это — как точка инь появляется в ян.

Смогло ли Человечество получить послание?

В 1943 году ЛСД не захватило умы Европы, более того, даже в конце 50х по Европе ЛСД распространялось еле-еле. Оно было известно лишь в научных кругах.
То есть европейцы не смогли впитать ответ Гайи полностью, они, вероятно, были слишком заняты восстановлением жизни после войны, и тогда этот ответ Гайи начал с помощью европейцев (Олдоса Хаксли) проникать в Америку,  к молодому поколению американцев.
И американцы, в первую очередь, молодые американские евреи, потомки выходцев из стран Европы оказались максимально чувствительными к посланию ГАЙИ, из-за принадлежности к еврейской нации, наиболее пострадавшей от холокоста и трагедий войны, именно они глубоко переживали экзистенциальный послевоенный кризис европейской культуры и, одновременно, были более свободны, чем европейские евреи, от послевоенных тягот, чтобы найти и реализовать выход из кризиса. Это поколение, столкнувшись с ЛСД, увидело в нем, возможность разрешения послевоенной экзистенции. И схватилось за ЛСД, как за целительную палочку, которая может поменять жизнь, мировоззрение, судьбу…

Это произошло со многими пионерами психоделии: Девидом Лукоффым, Тимоти Лири, Рам Дассом (Ричардом Альпертом), Джеймсом Фейдименом…

Конечно, среди первопроходцев ЛСД были не только евреи, но, то, что евреев было много,  – это факт, и не стоит отмахиваться от этого факта, ведь я развиваю свою мысль, опираясь на идеологию «ВСЕ – ЕСТЬ часть ПРОЦЕССА», и за каждым даже кажущимся незначительным фактом может скрываться подсказка, помогающая прочесть послание ГАЙИ целиком.

Можно даже увидеть, что
Молодые евреи, столкнувшись с ЛСД стали исполнять свою миссию избранного народа – исследовать и приносить миру послание Гайи.
И в некотором, этическом, высоком смысле, они таким образом, как нация, были отблагодарены за страдания второй мировой войны… Эти страдания возможно окупились теми открытиями, которые совершались первопроходцами психоделии.

часть 3

ОТКРОВЕНИЕ

«Бог пришел в Америку в виде ЛСД» – сказал учитель Рам Дасса, когда употребил на глазах Рам Дасса лошадиную дозу этого вещества. Мне думается, что эта фраза, как ни что лучше выражает суть послания.

Бог воплотился. Он – принял форму маленькой цветной мокрой марки. Он перестал быть внешним, сидящим на небесах и карающим. Он стал приходить изнутри. ЛСД дало возможность для практически любого человека пережить опыт трансценденции, который до того был уделом лишь немногих, и то, после десятилетий практики в духовных традициях. Этот опыт  изменял мировосприятие:
теперь, наиболее активная, прогрессивная часть населения не просто знала по наслышке, а имела личный опыт того, что помимо физического мира существует нечто еще!!! Возникла живая, активная, открытая к новому мировоззрению культурная среда.

Таким образом, мировоззрение материализма пошатнулось. По-крайней мере в этих людях.
И появилась надежда, на то, что материализм, доминирующий на планете Земля, который собственно и породил Мировые Войны может смениться другим, более гармоничным мировоззрением.

Конечно, это было не полное поражение материалистической культуры, но это был отчетливый, проявленный прорыв за ее пределы, совершенный передовой культурной элитой.

Наверное, можно сформулировать послание по-разному, например:

Гайа – одно целое (Мир един!)
Каждый человек – это гораздо большее, чем физическое тело и имеет доступ к иным состояниям сознания.
Ум (сознание) – вот первичная (настоящая) реальность
Жизнь в этой первичной реальности – более целостна, божественна, удивительна.

Но вот как же воплотить это в жизнь?
Как провести это послание Гайи из субъективного переживания в реальность, где пока царствует объективизм и материализм?
Если ЛСД — это Бог — то как идти за ним?

Эти вопросы появились перед теми, кто подошел к передовому краю развития сознания. Каждый из них искал свои ответы. И прокладывал своей жизнью путь к ним.

Сейчас, прошло достаточно лет, чтобы мы могли поразмышлять над путями первых искателей, и обнаружить куда они пришли в своих попытках найти ответы на вышеуказанные вопросы.

Анализируя истории этих людей я выделила три основных вида траекторий первопроходцев психоделии, попытавшихся воплотить послание Бога (ЛСД) в жизнь:

Иду на КОНФЛИКТ  (БОРЬБА)

Некоторые из пионеров психоделии, хлебнув вкус настоящей свободы с помощью психоделиков, не желали более подчиняться множеству ограничений, накладываемых на ними социальными структурами и вступили в конфликт с государством, которое бросилось защищать доминирующую идеологию и запретило ЛСД и другие психоделики. Самым ярким примером такого конфликта является судьба Тимоти Лири:

Тимоти Лири – американский психолог и писатель, известный тем, что активно выступал за психоделики. В течение того периода времени, когда психоделики, такие как ЛСД и псилоцибин были разрешены, он проводил психоделические исследования в Гарвардском Университете, в частности эксперимент в тюрьме Конкорд и эксперимент «Cтрастная Пятница»*. Эти эксперименты предоставили ценнейшие  данные, но Лири и его коллега Ричард Альперт были выгнаны из Гарварда. После этого Лири получил огромную популярность в разгар движения хиппи. Со временем в прессе его стали называть «ЛСД-гуру».
Между 1960м и 1970м годами Лири регулярно арестовывали и он был в 29 тюрьмах по всему миру. Президент Ричард Никсон однажды назвал Лири – «наиболее опасным врагом Америки».
Не смотря на то, что Тимоти Лири доказал свою невиновность Верховному Суду Америки, его арестовали снова, он смог бежать из тюрьмы, но и это не помогло, его арестовали в Афганистане, прямо в аэропорту, куда он прилетел из Швейцарии, так как не мог получить там политического убежища.
О том почему Тимоти выпустили раньше его срока ходят разные слухи, в том числе то, что он начал сотрудничать с ФБР и сдал друзей, помогавших ему бежать. Может быть это так, может быть нет, но

конечно же в конфликте между человеком и государством, как правило, побеждает государство, то есть существующая система. И результат этого пути более-менее очевиден: это Голгофа. Как правило государство или ломает протестующего или убивает его.

ОТСТУПЛЕНИЕ

Еще одна часть пионеров психоделии вывалилась из социума, видимо, решив, что вряд ли сможет его победить. Вариантов убегания было создано множество — уехать в Перу есть аявуаску, или в Гоа, курить травку, или забиться в какой-то уголок типа спонтанного рисования или музыки Нью –Эйдж. Одного из таких людей я встретила недавно на фестивале «ТАВАЛЕ» в Харькове, его зовут Джейк Белл, он американец, из Нью Йорка. Он успел рассказать мне, что он – шестидесятник, один из пионеров психоделического движения, играл в какой-то знаменитой рок-группе, а сейчас, в Харькове, на фестивале, он преподавал спонтанное рисование. Во время занятия сильный порыв ветра набросил рисунок на мое лицо и я пережила – послание мира – вот оно! Ветер рисует мной! Если уж спонтанность – так это не только выводить каляки-маляки на бумаге, это рисовать вместе с миром прямо сейчас, принимая то, что предлагает Мир.
Но, Джейк забрал бумагу у меня с лица и опять попытался заставить меня рисовать кисточкой по бумаге…

Подобных людей я встречала много по всему миру, в том числе и на конференции MAPS. Один из них показывал книжки с своими ЛСДшными картинками, и рассказывал, как после многочисленных экспериментов уехал медитировать в Африку, потому что продолжать это делать в Америке не мог. На меня он произвел впечатление большого ребенка и основное, что он излучал: LSD – forever. Он говорил, говорил, говорил, не проверяя – понимаю я его или нет, слушаю или нет… при этом он очаровательно улыбался и был очень дружелюбен.

АДАПТАЦИЯ

Для того, чтобы проиллюстрировать этот вариант пути, я хочу описать историю Девида Лукоффа, 1-IMG_2460нынешнего президента Американской Трансперсональной Ассоциации. Не раз он мне рассказывал о своем опыте с ЛСД, который изменил всю его жизнь:

Ядром этого опыта стало то, что во время своей первой ЛСД сессии, происходившей в начале 70х в Сан-Франциско, он посмотрел на себя в зеркало и увидел, что он – Иисус Христос, а потом он увидел, что он – Будда. И он понял – он и Христос, и Будда, одновременно, он — Мессия, Машиах. Это было ясно, как божий день и сильно его впечатлило. Девид написал новые Евангелия, и в течении нескольких месяцев, бродил по Калифорнии и раздавал их людям, мечтая принести Истину в этот мир.

Но, дальше его состояние изменилось — ему стало стыдно за то, что он делал, за Евангелия, за Иисуса. Он вернулся в обыденную реальность, снова стал Девидом Лукоффым и попал в депрессию на несколько месяцев. После этого Девид стал искать нечто, что помогло бы ему разобраться в произошедшем: занимался психотерапевтическими практиками, изучал разные духовные пути, жил и работал в медитативном центре ОЛАМИ ФАУНДЕЙШН, и в итоге, пришел в трансперсональную психологию, где и является сейчас признанным авторитетом.
На конференции ЕВРОТАС (Европейской Трансперсональной Ассоциации) в Милане в 2009году, после того, как он прочитал доклад, с рассказом о своем психоделическом опыте, и том, как он пришел в Трансперсональную Психологию, я решилась задать ему вопрос:

Девид, а может быть «Быть Иисусом Христом» – это нечто большее, чем играть роль Трансперсонального психолога? Ведь трансперсональный психолог – только роль? Может быть, если бы мы (здесь сидящие) не стремились играть роль трансперсональных психологов, а были бы тем, кто мы есть, например, Мессиями – и это был бы съезд Мессий, и это было бы нечто большее, чем конференция Европейской Трансперсональной Ассоциации?

Девид услышал мой вопрос, и ответил, что быть трансперсональный психологом сейчас его вполне устраивает.
И это, по-моему вполне типичное явление, большинство бывших мессий сейчас играют роль – профессора, учителя, патриарха. Создав в социуме нишу для себя и свое направление, специализацию, технику, они почивают на лаврах.

Это – то, куда привел их этот путь.
Я не буду называть их имена,  они хорошо известны.

Но….
Неужели это все?
Неужели это все варианты путей, которыми прошли пионеры пси.культуры?
Чуть более пристально вглядевшись, я обнаружила еще один вариант пути:

ПРОРЫВ в ДУХОВНОСТЬ

Те, кто рванулся за пределы социума, в духовные традиции.

Ярким представителем этих людей является  РАМ ДАСС.
Он был профессором в Гарварде, но из-за экспериментов с ЛСД был выгнан оттуда. Рам Дасс нашел духовного учителя в Индии – Ним Кароли Баба, и долгое время ездил к нему учиться, при этом еще писал книги, делясь той мудростью, которой научил его учитель.

Но, достиг ли Рам Дасс совершенства, вышел ли он за пределы игровой реальности?
Воплотил ли своей жизнью новое мировоззрение?
Реализовал ли он то послание, которое принесло ему ЛСД?
Как понять это?
На что опираться при анализе его пути?

Да, Рам Дасс начал помогать людям, создавая организации, которые работали в тюрьмах,  он работал с умирающими, пытаясь улучшить их состояние. Но достаточно ли этого, чтобы считать его примером воплощения нового мировоззрения и последовать за ним?

Я не знаю точно, поскольку пока не знакома с Рам Дассом лично. Но один из эпизодов из его книги «Пути к Богу» заставил меня задуматься. Это эпизод про то, как он берется помочь умирающему юноше, и предлагает ему покататься на машине. Они едут по шоссе номер 1 в Калифорнии,  вдоль крутых скал и океана, и этот несчастный больной юноша просит Рам Дасса  повести машину. Рам Дасс дает ему руль, но потом начинает сомневаться, сможет ли тот управлять машиной на крутых поворотах, поскольку его руки не достаточно сильны. И просит юношу отдать ему руль. Причем, об этом он пишет не так, как будто, это – проявилась его личная слабость, а так как будто то, что, юноша не сможет войти в поворот – это так и есть, это — истина, объективная данность, как будто, то, что юноша слишком слаб – это уже «на самом деле».
И тогда у меня возникает вопрос – а в чем же помощь Рам Дасса этому юноше, если он, Рам Дасс, также, как и большинство «обыденных» людей уверен в реальности смерти, и уверен в ее объективности?
Прочитав этот эпизод, я разочаровалась в Рам Дассе. Мне показалось, что уж если он доверил руль юноше, если он решил его спасти, то это – был как раз такой шанс. Рам Дасс – переводиться, как слуга Бога. Если юноша вел машину, значит он надеялся, что у него получится, он сможет. Но Рам Дасс выбрал – спасти свою жизнь, а не юношу.  Я думаю потому, что он пока, на тот момент, когда сидел в машине и на тот, когда писал книгу – не вышел за пределы Игровой реальности.
Безусловно он выходил за этот предел, и поднялся высоко за пределы обычных игр ума, иначе он не смог бы написать руководство по приему психоделиков, о котором речь пойдет позже, но выходить на время и выйти совсем, найти выход к свободе – это разные вещи.

При этом, стоит отдать должное Рам Дассу —
он обозначил направление, поднявшись над обыденностью.

Но, может быть кто-то другой, кто пошел в духовные традиции – прорвался дальше? И дошел до Полного Освобождения?

Если мы расширим спектр рассматриваемых Личностей и включим в него не только пионеров психоделии, а и остальных духовных искателей, то может быть мы найдем Просветленных среди них?
Может быть это — Эндрю Коэн, который — один из самых проявленных Гуру Америки на данный момент? Я знакома с ним лично и на протяжении нескольких лет являлась российским издателем интернет версии журнала EnlightenNext, издаваемого им в Соединённых Штатах уже более двадцати лет. (ранее журнал назывался – What is Enlightenment?)

Я была в его ашраме в штате Массачусетс в 2009 году. Приехала я туда поздно вечером, к началу ритрита Эндрю, и это был мой второй день в Америке. Но, начало ритрита задержалось еще на пару часов, и из-за большой временной разницы с Россией у меня был сильный jetlag – очень хотелось спать, болела голова, накатывали волны усталости.
Наконец-то процесс начался, Эндрю восседал в центре очень большой аудитории и говорил, говорил, говорил….. часа через два он стал активно нападать на эго, говоря, что не правильно потакать эго, а стоит преодолевать его ограничения. Все это время, пока он вещал, мне ужасно хотелось спать, но  страх встать и уйти на глазах у всех удерживал меня.  Я подумала, и решила, что то, что держит меня сейчас в аудитории, страх выглядеть плохой в глазах других людей – это и есть мое эго, тогда как желание спать — это мое настоящее желание. А раз Эндрю говорит — преодолевайте эго – то я так и поступлю. Я встала и ушла. Эндрю сопровождал меня взглядом и даже спросил – «что-то случилось?» Я сказала – не хочу больше потакать своему эго. Эндрю не ответил. И я ушла.

Далее, через несколько лет, в беседах со своим учителем я засомневалась в правильности «того, моего» решения, и осознала, что тогда существовал и более совершенный вариант поведения — ответить Эндрю развернуто о своих размышлениях и спросить его — о том, правильно ли я поняла, его представление об эго, и  решила уйти в соответствии с этим.

На следующий день ко мне в комнату пришла одна из секретарей Эндрю и сказала, «что так нельзя»! Нельзя покидать аудиторию и это все – постмодерновые штучки, и если я на ритрит – то правильно сидеть и слушать. Я внутренне удивилась — этого нельзя, но я это — сделала, а раз я это сделала — значит это можно было сделать. Секретарша очевидным образом не признавала действительно, отказывала ей в праве на существование. И поняв, что передо мной еще не совершенный человек, а человек, который только стремится к совершенству, я решила уважить и последовать ее совету.

Я прошла через тяжелейший кризис, когда слушала Эндрю. Его язык был труден, теория, казалось мне, имела много внутренних противоречий,  чтобы задать ему вопрос необходимо было долго тянуть руку, к тому же он, как мне казалось чувствовал мое не-приятие и на мою руку внимания не обращал.

В конце ритрита, он предложил какую-то практику, когда надо было сидеть тихо и я сидела тихо, но смотрела в потолок… в то время как все остальные сидели и делали вид, что они делают практику, в зале стояла давящая тишина.  Я нарушала ее и даже скорее не звуками, а энергетически, я вела себя непосредственно и расслабленно, при этом исполняя все озвученные Эндрю инструкции. Уже много лет назад, в результате интенсивных практик, особенно практик Ошо медитаций, я поняла – что тишина – это внутренний процесс и сдерживать внешние движения и напрягаться – это нарушает тишину гораздо больше, чем естественное внешнее движение. Эндрю сидел неподалеку от меня и не мог закончить практику. Я чувствовала, что он не может ее закончить из-за меня, но продолжала жить во внутренней тишине… потом я  закрыла глаза и начала  «сидеть так, как все вокруг это делали», и он ее закончил.

В конце ритрита, мне все-таки удалось задать ему вопрос, я долго, терпеливо переваривала свое негодование и наконец-то внутри меня созрел вопрос. Такой, который с одной стороны, разрядил напряженность между нами, а с другой стороны, если глубже всмотреться в вопрос и ответ, то оказывалось, что своим ответом Эндрю опровергал всю ту теорию, на которой настаивал на протяжении ритрита. За кажущейся простотой вопроса таилась любимая мною глубина.

А именно, весь ритрит он настаивал на том, чтобы задвинуть личное. Не говорить о своей личной жизни даже между собой, не называть имен, не рассказывать о себе.
Мне было трудно соблюдать этот формат, потому что разговоры между людьми в этом случае вырождались в абстрактные беседы про эго, Просветление, эволюцию и так далее, и являли собой чистое теоретизирование.
Размышляя над своим раздражением, возникшим из-за этого правила, я поняла, что доступ к  трансперсональному, к глубинным уровням сознания в жизни каждого человека возникает через личное. К над-личностному проход лежит сначала через личное, а потом через прохождение сквозь него. И только оперевшись на свой личный опыт, я могу пройти дальше, за него… в то, что уже будет опытом всего человечества.
То есть от своего личного голода я могу пройти к тому, что от голода умер мой дедушка в блокаду, дальше к страданиям еврейского народа в мировой войне, и дальше к смыслу этого страдания в общечеловеческом масштабе. Но у меня есть опора – мой голод, и если обнаруженный смысл на общечеловеческом уровне разрешает проблему моего голода тоже, значит, я действительно прошла насквозь до трансперсонального и обратно. Если же я теоретизирую про голод, то на моем поведении и моих личных действиях это не сказывается – то это не  трансперсональное, а лишь треп, который кончается тогда, когда я увижу еду.

И в конце ритрита, , я пришла к следующему вопросу. Этот вопрос прозвучал последним:
«Эндрю, дело в том, что у моего мужа скоро день рожденья. И когда я уезжала сюда, я спросила его, а что тебе привезти из Америки? И он сказал – привези свою фотографию с Эндрю Коэном. Эндрю, будешь ли ты так добр, чтобы сфотографироваться со мной?»
Эндрю расплылся, сказал да… а после окончания лекции прислал своих секретарей за мной, дабы привести меня к нему для фотографирования.
Стоит пояснить, что он выходил и заходил на свои лекции через другую дверь, закрытую для общей аудитории, на обедах и в свободном общении не появлялся, где он живет, тоже не раскрывалось, так что подойти к нему лично вне лекций я не знала как.
И размышляя над сутью его ответа, то есть согласием на фотографирование, я поняла, что это и есть опровержение всей предыдущей теории, поскольку, он показал – да, личное, это – важно. И для меня тоже. Аудитория тоже расплылась в улыбках и сразу полюбила меня, продемонстрировав также важность личных отношений в реальности.CIMG3500

В России, на конгрессе по Трансперсональной Психологии, куда Эндрю приехал по моему приглашению, я приглашала его на «Встречи с Замечательными Людьми» в наш центр, где мы небольшой группой духовных искателей беседовали с многими лидерами Трансперсональной психологии, приехавшими на конгресс в камерной обстановке, чтобы поразмышлять спокойно и глубоко, над предлагаемыми ими темами.
Эндрю, обещал мне подумать над моим приглашением, но так и не дал никакого ответа. И это естественно вытекало из его предыдущего поведения, еще в Америке, его секретари говорили мне – он выступает только перед большими аудиториями – 50-100 человек. Он уже устал выступать в малых залах. И несмотря на то, что в Россию Эндрю приехал впервые это правило, это отношение, которое я назвала бы – избеганием диалога, который как раз эффективнее реализуем в малых формах, он по-прежнему сохранил.

Так, что впечатление, которое сложилось у меня об Эндрю Коэне следующее: он – играет роль Гуру, тщательно, уверенно, с напором, так что, легко ошибиться, и поверить ему, но он – не Просветленный, он не свободен от ролей, более того, он слит с этой ролью Гуру. Даже интонация его речи такова, как будто он говорит непререкаемую истину, и суть содержится в тексте, в содержании, а не в нем, не в человеке.

Но, может быть есть другие варианты?
Есть другие представители духовных традиций, которые подошли ближе к Истине?
Конечно, я встречала еще много гуру как в России, так и за рубежом: Свами Вирато, Майкл Барнетт, Оле Нидал … но они внушали мне еще меньше доверия.

И вот в 2005 году я познакомилась с  Робертом Фрейджером на конгрессе ЕВРОТАС в Москве. Роберт —  суфийский шейх и основатель института Трансперсональной Психологии в Пало Альто, и, к тому же, единственный среди западных людей достигший 7-го дана в Айкидо, учившийся напрямую у Морихея Уэсибы.robertfragerlrg
Первый раз, когда я слушала доклад Роберта на конференции, он рассказывал суфийскую модель духовного развития человека – несколько уровней развития эго (нафс на арабском): тираническое эго, само-обвиняющее эго, жалеющее эго, вдохновленное эго… Мне понравилась обстоятельность его доклада, и показалось, что он, в отличие от многих докладчиков на этой конференции, действительно знает, о чем говорит.

Потом я пошла на его занятие по Айкидо, которое тоже проводилось спокойно и обстоятельно, на семинар по суфизму и  задумалась – а может быть он, и правда, достиг состояния Целостности?
Может быть, правда, суфии – в ядре своей традиции сохранили духовность и могут ее передавать?

Я была под сильным впечатлением встречи с Робертом на протяжении нескольких дней после его семинара.
По дороге из Москвы в Петербург, мой знакомый, который тоже был на семинаре Роберта, рассказал еще несколько историй, которые я пропустила. В частности, то, как Роберт пришел в суфизм, и что такое «сдача» в суфизме. Оказалось, что пройти «сдачу» для Роберта было нелегко, в частности отказаться от того, чтобы пить вино по пятницам, поскольку он – еврей и традиционная еврейская трапеза включает это.
Странно, думала я, ведь ислам – это потомок иудаизма, почему же он противоречит своим предкам? Почему необходимо отречься от своих родителей (предков), чтобы стать суфием? Хотя суфизм, по крайней мере в исполнении Роберта – это путь к слиянию с Богом, причем через Любовь….  И это же развитие идей Иудаизма и Христианства. Откуда же возникает противоречие?

Если Бог – один в монотеизме, то он по сути тот же самый и в Иудаизме, и в Христианстве и в Исламе. С чем вроде бы традиции согласны, поскольку они даже копируют основополагающие книги друг друга… но почему же им «необходимо» молиться по-разному?
Бросать поститься на Йом Кипур, и соблюдать Рамадан???
Что-то тут не так…
Неужели новое мировоззрение, которое послала нам Гайа обладает тем же качеством непримеримости, что и предыдущие?

Достиг ли целостности человек, который отказывается от одного ритуала в пользу другого и потом превозносит это?
Или все-таки он застрял где-то между ритуалами, не дойдя до сути и до Освобождения??

Однажды я задала эти вопросы своему Учителю. И как надеюсь вы понимаете, он ответил мне кратко и лаконично: «Конечно, да».  Я не поверила своим ушам и переспросила: « Достиг ли целостности человек, который отказывается от одного ритуала в пользу другого и потом превозносит это?»
И он ответил мне более развернуто: «Конечно, это может быть так, ведь человек принципиально свободен. И он может это делать.»

В одной из  недавних бесед с Робертом, которая проходила в Пало Альто в Институте Транспесональной Психологии, ныне переименованном София, он сказал мне, что Будда не решил проблему смерти, поскольку люди умирают и что совершенство недостижимо, можно лишь бесконечно к нему идти. Услышав  это снова и снова от Роберта, я испытала разочарование, а когда время нашего разговора истекло Роберт предложил мне предложил принять участие в его классе по Айкидо, и мы двинулись в сторону парка, где должен был проходить класс. Предупредив его и отлучившись на минутку, то вернувшись, я не обнаружила его на том же месте, и на фоне предыдущего разочарования, я осознала себя брошенной и не стала навязываться и искать где же и как попасть в парк. И отправилась по своим другим делам.
Когда несколько недель спустя я передала наш разговор своему Учителю и спросила его: «Правда ли, что Будде не удалось решить коан болезни, старости и смерти?»
Учитель с улыбкой посмотрел на меня своими глубокими голубыми глазами, излучающими радость и ответил: «Му.» И мое загустевшее уже к тому времени разочарование всколыхнулось и осталось в прошлом.
И теперь мне кажется что, это однозначное «нет» Роберта (Будда не решил коан), и значит,  что Роберт пока не интегрировал в свою жизнь Бессмертие (Целостность, Совершенство).
И тогда, мне остается лишь признать, что он – на пути. И возможно даже поднялся очень высоко, может быть даже у самой вершины уже, но пока не вышел на Великий предел, как и вышеупомянутые встреченные мною Гуру.

часть 4

ПОСТФАКТУМ:

Да, Психоделики принесли идею нового мировоззрения в западную культуру.

Тем не менее, первичный прорыв Бога в Америку захлебнулся.
Тимоти Лири посадили в тюрьму. Ошо выгнали. Вернер Эрхард сам бежал из Америки….

И можно, конечно, бороться за легализацию психоделиков, или восстанавливать тренинг ЭСТ, но может быть все-таки дело не в этом?

Мне видится, что ЛСД было запрещено, потому, что ГАЙЯ позволила его запретить.

Может быть, ГАЙЯ позволила его запретить потому, что послание уже прочитано, и то, что ЛСД могло сделать, сделано?
И может быть пора пойти дальше?
Не просто искать методы снова погрузиться в блаженство мистического опыта посредством того или иного вещества, а создавать, творить такой образ жизни, который помогал бы обнаружению этого блаженства в миру?
И опорой для этого уже может быть не только вещество. Скорее наоборот, вещество провоцирует привязанность и зависимость именно от этого «легкого» пути. И даже понятие «опоры» в данном случае не совсем применимо. Может быть стоит говорить — об идее, к которой можно тянутся?

И это и есть следующий шаг?
Тянуться к идее того, что Просветление (Освобождение, Совершенство) возможно, как высшая стадия развития Человеческого существа!

Такая позиция – создает цель, выходящую за пределы любой локальной культуры, причем конфликт с социумом в данном случае может быть, а может нет, поскольку целью является не разрушение или переделка культуры, а личное совершенствование.

За эту цель не так просто удержаться,  старые привычки провоцируют отклонение от пути, в «непросветленном сознании» часто появляются игры ума, сбивающие с пути. Поэтому, чтобы достигнуть этой цели желателен живой гид, который бы помогал, освещая путь.

Быть может этот ГИД где-то рядом, и если оглянутся, то он обнаружиться в новом обличье?
Думаю, вряд ли это – МДМА, и вряд ли – это Эндрю Коэн или Кен Уилбер…
Ведь Америка выгоняет Богов.

Значит он где-то в другом месте.
Где-то, где его не будут искать.
И он – не типичный Гуру, вещающий Истину с трибуны, или сидящий в грязи нищий индус, обманывающий западных дураков.
Он – нечто большее, чем ЛСД, и чем то, что оно уже принесло в западную культуру.
Он – взгляд в Бесконечность.

Как Ходжа Насреддин, он неуловимо путешествует по миру, меняя  свои лики,  свои игры, свои идеи…. Но иногда, его можно встретить на базарной площади с пустыми руками и готовностью помогать….
Мне повезло в этой жизни — я встретила его!
И теперь я знаю, что Просветление возможно.

Примечания:

*Эксперимент «Good Friday/Страстная Пятница» был организован Уолтером Панке, аспирантом теологии в Гарвардской Школе Богословия, под руководством Тимоти Лири и в рамках Гарвардского Псилоцибинового Проекта. «Уолтер был доктором медицины со Среднего Запада и рукоположенным священником. Он собирался защитить диссертацию на степень доктора философии по истории религии в Гарварде. Его идея состояла в том, чтобы дать псилоцибин студентам-теологам во время церковной службы в часовне в Страстную пятницу. Он понял теорию «set and setting» и хотел максимизировать все факторы для достижения религиозного опыта. Контрольная группа должна была получить плацебо в то же время, в том же месте, и ни один из участников эксперимента не должен был знать, кто получил наркотик, а кто пустышку», — писал об этом эксперименте Ральф Метцнер.
20 апреля 1962 года в Страстную Пятницу в часовне Марш Бостонского Университета, 20 студентов-богословов разделили на две группы: первой дали по 30 мг псилоцибина, а второй активное плацебо — витамин В3 (никотиновая кислота), не обладающий психоактивным действием, но вызывающий соматические явления. Девять студентов из первой группы сообщили о «мистических переживаниях», включавших «встречу с высшей реальностью» или «с Богом». Лишь один студент контрольной группы испытал переживания, по глубине и интенсивности сравнимые с теми, которые были у студентов экспериментальной группы. Более того, проведенные шесть месяцев спустя исследования показали, что жизнь многих из тех, кто принял псилоцибин, «изменилась».
«Эксперимент оказался полностью успешным. Уолтер выбрал девять критериев из литературы, посвященной религиозному опыту, преимущественно из работ У. Т. Стэйса. В рамках этих критериев псилоцибиновые состояния и уровни сознания, которых достигли участники эксперимента, были практически неотличимы от классических мистических опытов. В то же время контрольная группа не испытала ничего экстраординарного», — описывал итоги эксперимента Ральф.

«Татьяна Гинзбург.»